Сотня осмелившихся
блог о саморазвитии, бизнес-беседах, путешествиях и интервью

Шелли Комаров: «Голливуд — это очень сложный мир»

Интервью с Шелли Комаров отличается от моих предыдущих текстов для проекта «Those Who Dare (Те, кто решился)». Обычно я сталкиваюсь с проблемой и нахожу людей, которые имеют подобный опыт и могут поделиться своими историями, но на этот раз проблемы как таковой нет.

В детстве, как и многие девочки, я мечтала стать знаменитой актрисой: съемки, Голливуд, интересная жизнь. Об Америке я узнала в возрасте 5-6 лет, когда телевидение внезапно наполнилось зарубежными фильмами.

Меня восхищали главные героини: эти женщины имели равные права с мужчинами, не мечтали о детях и замужестве, строили карьеру, заводили отношения без брака, расходились, заводили новые и никто их ни за что не осуждал. Молодежь в этих фильмах жила самостоятельно с восемнадцати лет, у родителей была своя жизнь и они вовсе не были стариками, мечтающими только об одном — нянчить внуков.

Америка поражала воображение и манила. Еще ребенком я решила, что обязательно туда перееду, когда вырасту. Став старше, я научилась смотреть на мир, как мне казалось, реалистично: «Твое будущее — завод, а не красная дорожка». Но мечты не отпускали, периодически внутри возникал вопрос: «А что, если бы ты решилась и поехала в Голливуд? Ты бы прославилась или разочаровалась? Каково это  — жить в Голливуде?»

Сейчас я счастлива тем, что имею. Как вы знаете из моих прошлых статей, я переехала в Северную Америку, но не в Голливуд, хотя и побывала там туристом. Но все же «фабрика звезд» продолжала висеть в подсознании незакрытым гештальтом. Поэтому я решила поговорить с человеком, который провел в Голливуде около 40 лет и прояснить для себя этот вопрос раз и навсегда.


Шелли Комаров — стопроцентный кандидат для моей рубрики. В 16 лет она осмелилась уехать из родного города на учёбу в Ленинград, потом переехать из России в Америку, а после — на пике звёздной карьеры художника по костюмам для голливудских фильмов — совершить неожиданный маневр: открыть собственный бизнес.

Шелли Комаров: «Голливуд — это очень сложный мир»

Шелли Комаров — известный художник по костюмам, действительный член Американской киноакадемии и лауреат множества прес­тижных премий.

 — Шелли, признайтесь, профессия дизайнера — то, о чём вы мечтали с детства?

 — Я отношусь к тем счастливым людям, которые знают, чего хотят, с ранних лет. Да, я мечтала стать дизайнером. Конечно, я не представляла конкретно, что именно буду делать, но направление знала всегда.

Я проявляла интерес к одежде с детства. Еще будучи совсем маленькой, я уже мастерила платья и украшения из цветов.

Однако, мои родители не разделяли моего энтузиазма. Они считали идею стать дизайнером несерьезной и считали, что будет очень сложно найти работу в данной сфере. Я даже получила свое первое образование в области экономики, но не проработала в этой отрасли ни дня. После окончания университета, жизнь развернула меня обратно в направлении моды и дизайна.

— А как встретил вас Голливуд? 

Начинать карьеру в чужой стране всегда непросто, но мне повезло. Мы переехали с мужем и маленьким сыном. Мой муж, Борис, получил грант в Стендфордском университете, а я работала в разных бутиках при университете. Позже мы переехали в Лос Анжелес и я устроилась работать в галерее искусств, где я преподавала дизайн. Первое творческое предложение я получила от продюсера Ларри Шиллер, который искал для на съемок фильма «Петр Великий» художника по костюмам, знакомого с российской историей. Так что в течение десяти месяцев нашего сотрудничества мне пришлось исполнять и свои прямые обязанности, и роль консультанта по русской культуре. В итоге, мои костюмы получили «Эмми». А вот меня награда тогда обошла. В силу комплекса причин (меня, иммигрантку, не впустили на съёмки в Россию, продюссера и режисера заменили в середине съёмок, фильм заканчивали новые люди, которые меня не знали) в титрах фильма не было моего имени. Справедливость восторжествовала позднее, когда Академия Киноискусства признала мой вклад в победу и известила об этом в официальном письме.

Что Вы тогда чувствовали? 

Я была ужасно расстроена. Я тогда работала над картиной, где снимался Чарльз Бронсон, и в разговоре с ним посетовала на несправедливость. Он посоветовал мне поговорить с адвокатом. Сейчас все это выглядит наивно и смешно. Совет адвоката звучал так: «Голубушка, вы хотите продолжать работать или судиться с NBC?» (NBC — американская коммерческая телекомпания (в прошлом телерадиокомпания) и принадлежащая ей телевизионная сеть. Одна из крупнейших телекомпаний в США — прим. автора). Я выбрала «продолжать работать». Вскоре меня пригласили на интервью для Hollywood Reporter, где я не очень лестно выразилась о NBC. Муж тогда сказал: «Можешь забыть о карьере». Но все получилось наоборот: я получила звонок от одного продюсера, который был в полном восторге от интервью и пригласил меня на работу. В итоге все сложилось исключительно хорошо.

— И всё же вы получили свою статуэтку «Эмми», пусть и за другой фильм. А костюмы для ленты «Кеннеди из Массачусетса» стали классикой дизайнерской работы. Как вам удалось уловить дух времени и создать костюмы исторической эпохи, в которой вы не присутствовали?

Пришлось пропустить через себя огромный объём информации: много прочитать, изучить, отсмотреть тысячи фотографий, чтобы по крупицам насобирать то, что нужно. «Кеннеди из Массачусетса» охватывает период с XIX века до 60-х годов двадцатого, и мне пришлось провести настоящее исследование, чтобы костюмы героев и антураж, в котором одни действуют, выглядели достоверно. Для уточнения деталей исторического костюма я неоднократно звонила в Белый дом и Букингемский дворец. А костюмов для фильма потребовалось такое количество, что их пришлось заказывать со всего мира. (Чтоб было понятно: в этом фильме использовано 11000 костюмов!) Представляете объём работы? Я трудилась шесть месяцев по шестнадцать часов в день без выходных. Бывали дни, когда я должна была одеть несколько тысяч людей в разные костюмы.

Шелли Комаров: «Голливуд — это очень сложный мир»

—  Шелли, что самое сложное в вашей профессии?

Помимо творческой составляющей в профессии дизайнера по костюмам есть много ещё чего: необходимо работать и с режиссером, и с продюсером, и с актерами, и с массовкой. Это не только интенсивное общение, но и удовлетворение постоянно возникающих требований. Например, режиссер вдруг решил ввести еще полсотни людей в массовку. Костюмов, естественно, на них нет. На такое я отвечала, что могу попробовать, но мне для этого понадобится столько-то времени.

Главные качества художника по костюмам — это организованность и умение планировать.

Голливуд – это очень сложный мир, а кино — дорогостоящий проект, в котором все должно выполняться в срок. Оправдания никого не волнуют. Был случай, когда у меня разболелась нога и, по предписанию врача, я должна была соблюдать постельный режим. Но когда мне позвонил продюсер и сказал, что на следующий день в шесть утра мне нужно быть в Нью-Йорке на примерке костюмов, пришлось лететь.

И ещё: когда ты на съемках, ты не видишь семью. Поэтому многие, кто выбирает карьеру в кино, семьей так и не обзаводятся. Если сравнивать профессию дизайнера с профессией актрисы мирового масштаба, то «звезда» проводит на площадке около месяца, а дизайнер по костюмам — все время: от перового до последнего съемочного дня. В общем, труд костюмера тяжёлый. После «Кеннеди из Массачусетса» я восстанавливалась больше месяца.

Проколы случались?

— Как-то для съемок в Букингемском дворце мне нужно было одеть массовку в форму 30-х годов. Я не хотела изготавливать похожие костюмы, я хотела настоящие. Я же отвечаю за достоверность. Но когда мне их привезли, оказалось, что самый большой размер — 38, примерно на десятиклассника. Пришлось собирать массовку из школьников:)

В работе над каким фильмом у вас было больше всего трудностей?

— Пожалуй, это «Миротворец» с Джорджем Клуни и Николь Кидман.

Историческая точность  всегда была самым главным в моей работе. А для этого фильма потребовалась военная форма всех видов войск Российской Армии в период Чеченской кампании — и солдат, и офицеров. Россия тогда только-только сменила старые формы на новые модели.  И поскольку нигде не было информации о «правильных» образцах, отшить костюмы у себя мы не могли. Пришлось обращаться к министру обороны России, выпросить у него костюмы на целую армию, умудриться заплатить за них и  потом ещё вывезти в США.

Но, слава Богу, я с этим тяжелейшим и хлопотным заданием справилась.

Другая история — венская. Когда мы приехали на съемки в Братиславу, лил дождь. Плащей для актеров нет. И в Братиславе их не купить: в те времена были проблемы с обменом валюты, да и в магазинах — пусто. Пришлось мчаться из Словакии в Австрию. Чтобы миновать длиннющую очередь на таможне, лукавлю. Дескать, я гражданка США и мне срочно надо в Вену: опаздываю на самолет. В Вене я ничего не знаю, но тем не менее нахожу магазин и покупаю 15 плащей. Расплачиваюсь личной кредитной картой и снова на съемки через таможню. Там опять выкручиваюсь, почему не села в самолет.

Была ещё у меня и «туфельная» история. Обычно я держу в запасе до 12 пар одинаковой обуви — героям, дублерам и на случай, если запачкается или повредится. Но была одна сцена в середине фильма, где для Николь Кидман я имела единственную пару дорогущих туфель от Маноло Бланик. Пока я занималась плащами в Вене, Николь надела эти туфли для своей первой сцены. А значит, должна была потом появляться в них на протяжении половины фильма. Вы только представьте себе мой ужас, когда я обнаружила: роскошные замшевые туфли после первого съёмочного дня непоправимо испорчены дождём и грязью! Звонок Маноло в Италию ничего не дал: туфли оказались эксклюзивом. Пришлось нанять человека, который бросился искать что-то похожее по всей Америке. Мы выкрутились, но затраты на туфли обошлись фильму примерно в $10 000.

Вы о чем-либо жалеете? Возможно, что-то хотелось сделать по-другому?

— Трудно сказать, мне всегда было очень интересно. Единственное, о чем жалею, что многие замечательные люди, с которыми мне довелось работать, уже ушли из этого мира.

Я горжусь тем, что мне довелось делать костюмы даже для кинодивы 1950-х годов Лоретты Янг — к моменту нашего знакомства она была уже немолода, но это была представительница Старого Голливуда. Я помню, как Лоретта не присаживалась в течение целого съемочного дня, чтобы не помять платье. Я ей говорила: «Лоретта, отдохни, я знаю, как потом отпарить и ничего не будет видно. У меня есть свои профессиональные секреты». Но Лоретта была непоколебима. Поколение Старого Голливуда отдавалось профессии целиком. В Новом Голливуде уже все по-другому. Появились компьютерные программы, в которых можно устранять недостатки и корректировать неточности, раньше же ошибаться было нельзя и все должно было выглядеть идеально с больших экранов.

Когда мне предложили с ней поработать, предупредили: она хочет, чтобы на примерке  присутствовал сам Жан Луи — легендарный дизайнер, создавший костюмы для Греты Гарбо, Марлен Дитрих и Мерилин Монро (он был автором знаменитого платья, в котором Монро поздравляла президента Кеннеди с днем рождения)… А я даже не знала, что он жив, так прямо об этом и спросила. Жан Луи оказался не просто живым, но и весьма бодрым и обаятельным джентльменом. Мы потом подружились…Жаль, что этих людей уже нет.

Шелли Комаров: «Голливуд — это очень сложный мир»

Как у вас родилась идея собственного бизнеса? Сложно было решиться уйти на пике карьеры?

— Это забавная история. Дочь Фрэнка Синатры Тина предложила мне поработать над картиной про ее знаменитого отца «Синатра» https://www.kinopoisk.ru/film/sinatra-1992-277696  (я получила за нее «Эмми»). По завершении съемок, мы с подругой решили остаться в Нью-Йорке на несколько дней. И тут нас приглашают на обед, вот буквально через десять минут нужно выходить, нас уже ждут у входа. Мы бросились за нарядами к чемоданам — а платья помяты. Пришлось идти в мятых. Подруга мне тогда выговорила: «Шелли, ты должна что-то придумать, чтоб платья в чемоданах не мялись. Неудобно в “жёваных” костюмах ходить». Я и вспомнила плиссировку, стала экспериментировать с технологией и составами. А через два года открыла компанию.

Друзья этот мой шаг называли самоубийством. Я была востребованным дизайнером, мне платили максимальную ставку на ТВ. Но я разрешила себе выбирать. Не взвешивала, не просчитывала — просто занялась тем, чем мне хотелось заняться. Это была та еще авантюра! Ведь я не имела ни малейшего представления о том, как вести бизнес. Но сейчас я ни о чем не жалею: рада, что в моей жизни были и карьера, и собственный бизнес.

Шелли Комаров: «Голливуд — это очень сложный мир»

Большая ли разница между работой на себя и по найму?

— Ничего общего. В Голливуде нужен образ, который соответствует  эпохе. Также этот образ должен угодить режиссеру и звезде, которая будет в нем играть. Легче создавать костюмы людей, которых помнят, потому что можно попросить фото. С другой стороны поэтому и сложно: все что-то помнят и никогда не угодишь. Вас всегда будут критиковать. В кино ты не можешь выйти за рамки, ты ограничен модой прошлого, которая существовала до тебя.

Работая на себя ты сам создаешь моду. Хороший дизайнер должен предугадать то, что будет нужно многим людям, нужно постоянно заглядывать немножно наперед, в будущее.

Что вы посоветуете людям, которые стоят на распутье: строить карьеру или открывать бизнес?

— Карьера и бизнес — разные вещи. Хорошим специалистом стать трудно, но при желании можно, а вот бизнесменом надо родиться. Например, если вы врач и любите медицину, то в конце концов открываете частную практику. Только от этого вы не становитесь бизнесменом. Вы все равно остаётесь врачом — зарабатывающим профессионалом.

А есть люди, которые рождаются потенциальными бизнесменами. Это такой же природный дар, как талант, способность к творчеству. Если с детства этот дар развивается, человек вырастает в настоящего бизнесмена. В нём формируются те качества, которые обеспечивают успешность: способность держать удар, готовность к риску, умение разглядеть незакрытую потребность, мышление на уровне пользы — эффективности-выгоды, стремление быть первым, навык находить нестандартное решение задач и так далее. Да что говорить, не все способны выдержать даже такой темп жизни! Итожу: занимайтесь тем, что вы любите и что умеете, и все у вас получится, но не забывайте оставаться реалистами.

Шелли Комаров: «Голливуд — это очень сложный мир»

Где Вы черпаете вдохновение для своих коллекций?

— Я много езжу по миру. В поездках люблю смотреть на людей, наблюдать за элегантными женщинами. Задумываюсь и анализирую, чем именно они привлекли моё внимание. Я пытаюсь определить, что является важным именно для них, что руководствует их выбором. Так приходят идеи.

Также я черпаю вдохновение и из повседневной жизни. Я люблю наблюдать за природой. Я помню, как я посетила заповедник для птиц. Комбинация красок была настолько поразительна, что оказала влияние на мою следующую коллекцию.

А еще был случай в Париже. Я заметила рисунок на окне в галлерее на Place de Vosges. Там был изображен фасад здания в фиолетовых, голубых и терракотовых тонах. Когда я увидела это изображение, идеальное сочетание цветов врезалось мне в память и это повлияло на дизайн моей коллекции.

Не важно где я нахожусь, в отпуске или родном городе, я всегда нахожусь в позиции наблюдателя и я открыта для вдохновения.

Как вы поддерживаете свой тонус жизни?

— Путешествую. Медитирую. Практикую йогу. Стремлюсь к регулярности, но, к сожалению, расписание иногда нарушается.

Как Вы относитесь к критике?

— Если критика по делу, то с большим вниманием. Если без смысла, то вообще не реагирую. Я понимаю, что не могу удовлетворить всех. Мне тоже не все и не у всех нравится.

— Шелли, дайте женщинам универсальный совет: как выглядеть лучше?

— Здесь нет универсального совета для всех, все зависит от возраста и типажа. Например, если вы уже немолоды, то лучше красить волосы в светлые тона, потому что темный цвет акцентирует на морщинах.

Если у вас круглое лицо и заметная грудь, то надевайте V-образный вырез. Если же ваши плечи узки, то предпочтительнее будут платья с бретельками.

Попробуйте поэкспериментировать с шарфами. Правильно подобранный по цвету и интересно завязанный шарфик может добавить изюминку в любой образ.

Если вы устраиваете ужин дома, то накройте стол скатертью цвета персик. Ваша кожа будет иметь здоровый оттенок, благодаря отражению от скатерти.

Шелли Комаров: «Голливуд — это очень сложный мир»


Шелли оказалась таким интересным собеседником, что мы проговорили два дня. Я слушала закулисные голливудские истории с открытым ртом, забывая о том, что беру интервью.

Так я удовлетворила свое любопытство и закрыла для себя тему Голливуда. А чтобы совсем успокоиться, снялась в одном из клипов в массовке.

Шелли Комаров: «Голливуд — это очень сложный мир»

Беседа помогла мне убедиться, что я сделала правильный выбор, Северная Америка не ограничивается Голливудом, я все еще могу стать звездой, только не кино, а проджект-менеджмента и энергетики.

Я мечтала о сцене — теперь я выступаю перед аудиторией с докладами и презентациями. Я мечтала о славе — теперь меня приглашают на интервью как выпускника одниго из лучших университетов Канады. Я поняла, что звездой можно быть не только на экране, если следовать совету моей собеседницы: «Занимайтесь тем, что вы любите и что умеете, и все у вас получится».

И конечно же, я приобрела скатерть цвета персик.

 

 

 

 

1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (1 ratings, average: 5,00 from 5)
Загрузка...
Интересные публикации по теме

Оставить комментарий

avatar
  Подписаться  
Уведомление о
Scroll Up